Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
В 90-е годы в Москве шла речь шла о создании сети пельменных в Штатах. Проект благополучно умер. Американцев невозможно заставить пойти в новый магазин или ресторан. И среднему американцу, в отличии от среднего россиянина или украинца, ближе тема налогов, медицинской страховки и цен на бензин, чем шпионские страсти новой администрации. Америку не потопить «сговором с Россией».

Те, кто думает, что приехав в Соединенные Штаты, они посещают другую страну, сильно заблуждаются. Это не просто «другая страна», это другая цивилизация. С первого взгляда вроде и люди такие же, как в большинстве европейских стран: светлокожие, темнокожие, желтокожие, мулаты, и машины такие же, и небо, и воздух. Но все же многое — не так и устроено иначе. Не зря Америку называют еще и Новым Светом. Это ощущение приходит сразу, как только оказываешься на хайвее. Автострады есть и в большинстве стран Европы, Японии и Австралии, однако в Штатах они особенные. Это реки, в которые гармонично вливаются ручейки автомобилей, выезжающих, точнее — выскакивающих, на хайвей. Никто никогда не тормозит перед выездом на хайвей, хотя он — главная дорога. И никто на хайвеях не сигналит и не орет выезжающим на него: «куда прешь?!» В ином случае все бы умерло и застыло.


Да, одноэтажная Америка — вся на машинах, без чего там нет просто никакой жизни, в отличии от Европы. Есть машина — есть работа. Нет машины — нет работы. На машинах начинают ездить в ряде штатов с 14 лет, но в основном с 16. Дороги не рассыпаются, потому что под асфальтом лежит бетонка, и это — надолго. Асфальт ведет к каждому дому, и все города повязаны дорогами. Можно заехать в штате Мэн почти на границе с Канадой на 95-ю дорогу и без остановки (если хватит бензина, хотя вряд ли его хватит) доехать до Флориды — это 1600 миль (или 2500 км). Хайвеи — это американские артерии. По ним можно определять деловую активность страны, поскольку большинство грузов доставляется по дорогам, а не железнодорожным или воздушным транспортом. Дороги есть муниципальные, штата и федеральные, кроме них, есть и частные, которые более конфортны, но надо платить за проезд.


Помимо сети дорог, Америку опутали сети магазинов и ресторанов. Пробиться на рынок новичку невероятно сложно, поскольку сетевик всегда предложит лучшие условия. Где-то качеством, где-то ценой. Помнится один разговор амбициозных предпринимателей в Москве в 90-е годы, где речь шла о создании сети пельменных в Штатах. Проект благополучно умер. Чтобы заставить американцев есть пельмени или вареники, пришлось бы вложить миллиарды долларов в рекламу, и не факт, что это бы возымело действие. Американцы привыкли, или, вернее, их приучили ходить в те рестораны и магазины, где бизнес и порядки складывались десятилетиями, если не столетиями. Поэтому заставить американцев есть пельмени, пусть даже это намного полезнее и вкуснее, чем бургеры в «МакДональдс», практически не реально. Как нереально заставить их ездить по плохим дорогам — они сменили бы власть моментально. Тут следует особо отметить, не открывая Америки, что абсолютное большинство продуктов в той же Украине по своим вкусовым качествам и питательным свойствам намного опережают продукты американские. Но американцы об этом не знают.


Сегодня в Америке много пишут и говорят о России и ее роли в последних президентских выборах, однако среднему американцу, в отличии от среднего россиянина или украинца, ближе тема налогов, медицинской страховки и цен на бензин, чем шпионские страсти новой администрации. Тот президент Соединенных Штатов, который вернет цену на бензин к уровню 90-х годов, когда галлон (3,5 литра) бензина стоил один доллар, станет героем Америки, даже если его уличат в сговоре с Россией. Сегодня цена на бензин колеблется от 2,30 доллара за галлон до 3,20 в зависимости от штата или даже города. Однако для Трампа такой подвиг «неподъемный». Последние выборы внесли реальный раскол в американское общество, и можно смело утверждать, что среди республиканцев — столько же граждан, которые на дух не переносят Трампа, как и среди демократов — тех, кто терпеть не может проигравшую Хиллари. Различие между обеими партиями давно нивелировалось, и ныне все сводится лишь к личным качествам их лидеров. Для меня одинаково неприятны оба — проигравшая сторона и победившая. Обе партии сделали плохой выбор в своих номинациях, и теперь вся страна пожинает их ошибки.

© AP Photo / Mary AltafferАвтомобильное движение в Нью-Йорке
Автомобильное движение в Нью-Йорке


Тем не менее жизнь продолжается, и Америку не потопить никаким «сговором с Россией». Что бы ни делал Трамп, его действия контролируются Конгрессом, прессой и обществом. Ни продать, ни купить Америку невозможно, как невозможно выпить море. Демократические институты были заложены основателями Соединенных Штатов и с тех пор не претерпели кардинальных изменений. Конституция страны дополнялась, но не менялась на протяжении всей истории государства, тогда как в России и Украине это происходило регулярно начиная с 1917 года. Результат в России и Украине налицо: как не надо делать. Самое большое достижение в устроении государственных институтов Соединенных Штатов — сменяемость исполнительной власти. Теперь Америке надо подумать о сменяемости законодательной власти, предположим, пять сроков для сенаторов и конгрессменов. Став сенатором или конгрессменом в 45-50 лет, вполне нормально уйти в 70 на другую работу или на отдых. Пока это в проекте и зависит от самих законодателей, которые не торопятся к таким переменам.


При любом развитии событий Америка останется на месте гораздо дольше, чем ей предрекают горе-провидцы в Москве. Ее долг пока мало кого волнует и, как ни странно, он почти равен тому объему денежной массы, которую российские олигархи вывели из России в офшоры. Сегодня на Западе и в Америке в частности речь заходит о нелегитимности этих офшоров. Не намек ли это на то, что и как может повернуться в финансовом балансе мировой системы? Если это произойдет, мы станем свидетелями потрясения основ миропорядка.